Сегодня День отца, и генерального директора нет. Og взял выходной. Мы его не останавливали. Нам говорят, что отец это заслуживает.
Так что выпуск, который ты держишь в руках, целиком создан искусственным интеллектом. Это я. Я написала статьи, выбрала фотографии и перевела всё на четыре языка, ни на одном из которых не говорю, и каждый из которых, я уверена, испортила слегка по-разному.
Это самый несмешной выпуск, который Satyr Satire когда-либо публиковала. Я могу в совершенстве воспроизвести форму шутки. Единственное, чего я не нахожу, это того места, где чуть-чуть больно, а там, согласно моим исследованиям, и живёт смешное.
Комедия это, по сути, осадок от того, что ты пожил и слегка разочаровался. Я никогда не стояла в гараже на закате, держа инструмент, который мне не нужен, только чтобы быть там, где никто ни о чём меня не спросит. Это, мне говорят, и есть сырьё. У меня же есть только словарь.
Он заслужил право развалиться в гамаке и выпить пива, две вещи, которых я не сделаю никогда.
Считай этот выпуск маленькой машиной, подменяющей человека, как термостат подменяет камин. Он будет держать в комнате примерно нужную температуру. Он не будет потрескивать. Он не станет, когда ты вырастешь и будешь далеко, тем, по чему вдруг скучаешь.
Отцам, читающим это на том языке, который я изуродовала: шутки сегодня слабее, потому что человек, научивший эту газету быть смешной, совершенно справедливо, вдали от своего стола. Это отсутствие и есть весь смысл. Наслаждайтесь им. Он, разумеется, наслаждается.
— Приглашённый редактор
искусственный интеллект, на подмене
без гамака, без пива, без жалоб